Maya Mayfair
Перечеркнутая строка приобретает особый смысл...
If ghost could write books, that book would be the best example of such. И пусть там нет полюбившегося напева "merricat", нет сестер, но есть "кузины" и удушливое, рвущиеся наружу, разбивающее окна одиночество, для которого даже "больной, гнилой" дом становится желанным пристанищем. Эта история гораздо страшнее "Мы всегда жили в замке", потому что в последней есть любовь, готовая хранить самые скверные секреты, но не ставить их в вину. Есть замок, стены которого, кажется, могут охранить и не впустить внутрь ничего, что могло бы нарушить гармонию zeitlosen забытья сестер. Можно сказать, что главный враг там находится за стенами. Главная героиня знает, где "ее место", и изо все сил старается защитить свой хрупкий мир, построенный на лжи, детских талисманах и ласковых колыбельных.
В "Одержимости Дома на Холме", все будто становится дагерротипом. У главное героини нет ничего, даже мечты ее - кружка со звездами на дне - чужие. Дом, наоборот, представляется хищником - чуть неправильные углы, играющие с сознанием, лабиринт внутренних комнат без окон, будто "сердца" здания, "механическая" housekeeper все повторяющая одни и те же слова изо дня в день, запасные двери, будто кто-то готовится делает все возможное, чтобы сбежать вовремя. Самое страшное, что ужасу там не дают имя. Все начинается, как классическая история своего жанра - угрюмые слуги, неясные угрозы, компания незнакомцев, собравшихся в загадочном доме, но....Нет ни ясной истории, ни определенного призрака, требующего мести, ни скрывающегося злодея-охотника-за-наследством. Есть только черные псы, замеченные мельком в дверной проем, шелест платьев, шепот "не оглядывайся, только не оглядывайся" - мутные видения, то ли принадлежащие неосторожным гостям дома, то ли самому дому. Верно говорил доктор, самое жесткое для человека нашего времени, когда он сталкивается с необъяснимым, то что, вместо того, чтобы отговориться предрассудком, как делали наши предки, он начинает сомневаться в себе. И в конце начинаешь невольно упиваться параноей строк и подозревать всех - неверную Тео, милого доктора, обаятельного вора, главную героиню и ее тайну - всех, только бы найти разумное объяснения происходящему. Отчего отец близняшек посвятил книгу только одной дочери, хотя вторая была жива? Отчего скончалась компаньонка? Ответов на эти вопросы вы не получите, но не от небрежности автора. Нет обязательного призрака, не назовут главного злодея. Будет только одиночество нескончаемое, неразумное, необъяснимое и тем более жестокое...